Мария Марта: Школа Речи

Дорогие друзья, меня опять опубликовали в сообществе писателей, прошу поддержи, лайков и комментариев. Это очень важно для меня: https://m.vk.ru/wall-142046107_1236514 Я написала небольшую сказку о том как поженить свое Хочу и Надо, Спонтанность и Волю

Суперсила Анна всегда думала, что искренность — это её суперсила. Так в детстве ее учили мама и бабушка. Она строила карьеру так: говорила правду начальству, поддерживала или не поддерживала коллег, спорила с клиентами, ссорилась с конкурентами. Жестко, четко, без маневров. Правда, ей и самой было трудно скрыть свое плохое настроение, сильные эмоции, страхи, раздражение. Сегодняшняя презентация была важнейшей в её жизни. Совет директоров, три кандидата, один грант на масштабный проект «Зеленый город». Победитель получал не только бюджет, но и пост руководителя нового департамента. Анна готовилась месяц. И знала, что её главный конкурент — Ольга, глава смежного отдела, — сидела в зале с обаятельной улыбкой и уверенным взглядом. Перед началом, в коридоре, Ирина, хорошая подруга и соратница, перехватила её у кофемашины. «Ань, привет! — поздоровалась она. — Говорят, твой проект — фаворит. Ты, пожалуйста, там не увлекайся, не надо рассказывать про все риски, директора разнервничаются». Анна пожала плечами: «Я говорю как есть». «Ну, как считаешь нужным», — улыбнулась Ирина и отошла. В конференц-зале горел мягкий свет, пахло дорогим кофе, дорогим парфюмом и напряжением. Анна начала уверенно и энергично, с графиками, с воодушевлением. Директора кивали, председатель даже улыбнулся. Всё шло идеально. И тут — вопрос от главного: — Анна, вы так вдохновенно рассказываете о выгодах. Но, как честный профессионал, скажите: а были моменты, которые вас саму беспокоят? Ведь в любом проекте есть слабые места, которые аудитору лучше услышать от вас, а не искать потом под микроскопом. — Мы все тут свои, — продолжал он. — Я просто хочу, чтобы совет принял взвешенное решение, а ты ведь всегда говорила, что твой принцип — прозрачность. «Хорошо, — сказала Анна, чуть покраснев. — Есть один момент. Возможно, муниципалитет затянет согласование, и мы немного потеряем во времени. Это некритично, но…» Она говорила ещё минуту, честно выкладывая то, что полагалось обсуждать на закрытых совещаниях, а не на финальной презентации. Когда Анна закончила, в зале повисла тишина. Председатель совета снял очки, потер переносицу и сухо произнёс: «Спасибо за откровенность, Анна Сергеевна. Мы вас услышали». Потом выступила главная конкурентка — Ольга. Гладко, без сучка и задоринки, ни слова о рисках, только глянцевые перспективы и «команда провела титаническую работу над минимизацией всех вероятных трудностей». Она не врала, просто оставила правду за кадром. А главное, держалась она так уверенно. Обаятельная в жизни, на маленькой сцене перед экраном Ольга просто светилась, она немного шутила, не спешила, не суетилась. Ее походка, позы, жестикуляция, мимика, осанка были такими манкими и легкими, голос — бархатным и обволакивающим. Было видно, что она кайфует и от себя, и от выступления, и от того, какое впечатление производит на аудиторию. Это была харизма. Странно, что раньше Анна этого не видела, не замечала. «Откуда всё это в ней?» — размышляла Анна, но её мысли прервали бурные аплодисменты после выступления Ольги. Анна сидела в пустом кабинете и смотрела на просекко, которое Ирина прислала ей утром, — с запиской: «Анна, не расстраивайся! Мы ещё им покажем!» Отворилась дверь, влетела Ирина: — Надеюсь, ты без меня не пила? Выпьем после. — После чего? — выдохнув, спросила Анна. — После мастер-класса. — Какого? — «Свобода слова». В Школе речи Марии Марты. У нее курсы ораторского искусства, которые весьма успешно прошла недавно наша Оля, — она мне после выступления на банкете по секрету рассказала. Собирайся, пошли, я нас записала и оплатила. И Анна, и Ирина теперь мои ученицы. У нас уже есть первые успехи, о которых я с их разрешения обязательно напишу вам на следующей неделе. А я как актриса и преподаватель ораторского искусства с пятнадцатилетним стажем скажу так: суперсила вовсе не в искренности или притворстве, не в каком-то отдельном принципе на все случаи жизни, а в том, чтобы всегда вести себя органично и спонтанно в предлагаемых обстоятельствах, согласно контексту. Главное — его понимать. Именно этому и, разумеется, не только этому я обучаю.